Мир твоих снов подходит к концу.

На другом конце земного шара британские хакеры Gandalf и Pad с ужасом читали о том, что австралийские власти арестовали трех хакеров Realm. Electron просто однажды исчез из поля зрения. Phoenix тоже куда-то пропал. Затем новости из газет и от других австралийских хакеров просочились на немецкий сайт под названием Lutzifer, очень похожий на Altos.

Pad’a беспокоило еще кое-что. В одном из своих хакерских набегов он обнаружил файл, явно написанный Юджином Спаффордом. В нем шла речь о его твердой уверенности в том, что некоторые британские хакеры – читай, Pad и Gandalf, – создали нового червя на базе червя RTM и запустили его в Интернет. На основании этого заключения был сделан вывод, что неизвестные британские хакеры способны посеять невероятный хаос на тысячах сайтов Интернета.

Gandalf и Pad действительно охотились за копиями исходных кодов различных червей. Они шныряли вокруг SPAN, пока не выудили оттуда копию червя Father Christmas. Когда они все-таки сумели взломать машину Рассела Брэнда в LLNL, они ловко похитили оттуда полную копию червя WANK. В машине Брэнда они к тому же нашли описание того, как некто неизвестный вторгся в SPAN в поисках кода червя WANK, но не смог найти его. «Это я взломал SPAN, чтобы осмотреться», – смеялся Gandalf, пересказывая Pad’y историю.

Несмотря на растущую коллекцию кодов червей, Pad не собирался писать ничего подобного. Коды были им нужны лишь для того, чтобы узнать, какие методы проникновения используют черви и, возможно, выяснить что-то новое. Британские хакеры гордились тем, что никогда не наносили никаких повреждений взломанным им системам. В тех местах, где, как им становилось известно, администраторы обнаруживали следы их деятельности, например в университетах Бата, Эдинбурга, Оксфорда и Стратклайда, обнаруживались записки, подписанные 8lgm. Это был не просто вопрос честолюбия – это был способ сообщить админам, что они приходили в их систему без всякого злого умысла.

В одном университете админы подумали, что 8lgm – это какая-то загадочная разновидность бельгийского червя, а хакеры, которые посещают их систему каждую ночь, приходят из Бельгии. В другом университете админы по-своему расшифровали загадку. По утрам, когда они приходили на работу и видели, что хакеры опять резвились в их компьютерах, они вздыхали и говорили: «Наши восемь маленьких зеленых человечков снова заглядывали».[p130]

В университете Ланкастера хакеры написали администратору: «Не сделали ничего плохого. У нас хороший имидж в мире, поэтому, пожалуйста, не надо портить его и сочинять истории о том, что мы причинили вред вашей системе. Не держите на нас зла, но помните о нас». Куда бы они ни пришли, смысл послания оставался неизменным.

Тем не менее, Pad отчетливо представлял себе картину того, как Спаф подстегивает людей из компьютерной безопасности и государственных силовых структур, стараясь вызвать панику и свалить на британских хакеров все, что можно, даже то, что они и не делали. В андеграунде знали о ненависти Спафа к хакерам, которая проявилась в его активном преследовании автора червя RTM. Кроме того, Gandalf взломал машину Спафа.

Жестокое преследование австралийцев в сочетании с появлением файла Спафа произвели глубокое впечатление на Pad’a. Он всегда был осторожен, но в создавшейся ситуации он и вовсе решил бросить хакинг. Это было нелегкое решение – отказ от еженощного исследования новых систем был тяжелым испытанием.

Но принимая во внимание то, что случилось с Phoenix’ом и Electron’ом, продолжение прежней деятельности едва ли могло оправдать связанный с ней риск.

Когда Pad покончил с хакингом, он купил себе NUI и смог получить законный доступ в места вроде Altos. NUI был дорогим удовольствием – около десяти фунтов в час, но Pad никогда не оставался там надолго. О беспечной болтовне в Altos, которой он предавался в прежние времена, не могло быть и речи, но, по крайней мере, Pad мог отправлять весточки своим друзьям, например Theorem и Gandalf’y. Дружбу с Gandalf’ом можно было поддерживать иначе, более легким способом – он жил в Ливерпуле, в часе езды от Pad’a. Но это было совершенно не то. Pad и Gandalf никогда не встречались лично. Они даже по телефону не разговаривали. Они общались онлайн и по электронной почте. Такие вот отношения.

У Pad’a были и другие причины завязать с хакингом. В Британии это было дорогое удовольствие из-за высоких тарифов British Telecom на местные звонки. В Австралии хакер мог находиться онлайн часами, прыгая от одного компьютера к другому по сети данных, и все это по цене одного местного телефонного звонка. Как и австралийцы, Pad мог запускать свои хакерские сессии из местного университета или с помощью удаленного набора сети Х.25. Но все же долгие ночные хакерские вылазки обходились ему в пять или даже больше фунтов – значительная сумма для неработающего молодого человека. По этой причине Pad был вынужден порой прекращать хакерскую деятельность на короткие периоды, когда у него заканчивались деньги.

Хотя Pad не думал, что его будут преследовать за хакерскую деятельность по английским законам начала 1990 года, он знал, что в августе Великобритания готовится принять свое собственное законодательство против компьютерных преступлений – Computer Misuse Act 1990.[p131] Двадцатидвухлетний хакер решил, что лучше остановиться, пока он не вступил в силу.

Он так и поступил, во всяком случае на какое-то время. До июля 1990 года, когда Gandalf, который был на два года младше Pad’a, соблазнил его на последний взлом, пока новый закон еще не вступил в силу. Всего один, последний выход, говорил ему Gandalf. После этого июльского выступления Pad снова прекратил хакинг.

Computer Misuse Act вступил в действие в августе 1990 года после рассмотрения двух законодательных инициатив. В 1987 году Законодательная комиссия Шотландии вынесла предложение считать незаконным неправомочный доступ к данным не только в том случае, если хакер пытается «извлечь выгоду или причинить вред другому лицу», но и если причиняется невольный вред.[33] Простой ознакомительный хакинг по рекомендации комиссии не должен был считаться преступлением. Но в 1989 году Законодательная комиссия Англии и Уэльса предложила свой законопроект, по которому следовало считать преступлением любой неправомочный доступ к компьютерным данным, вне зависимости от намерений осуществляющего его лица. Эта рекомендация и была включена в новый закон.

Позже, в том же 1989 году, член парламента от партии консерваторов Майкл Колвин [Michael Colvin] предложил британскому парламенту свой законопроект. Другой парламентарий-консерватор, резко критиковавший хакинг, Эмма Николсон [Emma Nicholson], поддержала законопроект, инициировала публичные дебаты на эту тему и обеспечила законопроекту поддержку в парламенте.

В ноябре 1990 года Pad разговаривал онлайн с Gandalf’ом, и его друг предложил предпринять еще одну вылазку, только одну – в память о старых добрых временах. «Ладно, – подумал Pad, – еще одна вылазка мне не повредит».

Вскоре Pad вернулся к хакингу, и когда Gandalf хотел завязать, уже Pad подстрекал его вернуться к любимому времяпрепровождению. Они походили на двух школьников, подталкивающих друг друга к очередной проделке – из тех, что совершаются вдвоем. Если бы Pad и Gandalf не были знакомы друг с другом, они, вероятнее всего, навсегда отошли бы от хакинга в 1990 году.

Раз уж они оба вернулись к естественному ходу вещей, то постарались выяснить степень вероятности того, что их схватят. Gandalf частенько шутил в разговорах онлайн: «Знаешь, дружище, должно быть, мы впервые встретимся лично только в полицейском участке».

Невероятно дерзкий и всегда бодрый, Gandalf был настоящим другом. Pad не часто встречал таких парней-путешественников в реальном мире, не говоря уже об электронном. То, что казалось другим – особенно некоторым американским хакерам – верхом наглости, Pad расценивал, как блестящее чувство юмора. Pad считал Gandalf’a лучшим другом, о каком только можно мечтать.

За время, пока Pad отходил от хакинга, Gandalf сошелся с молодым хакером по имени Wandii, тоже с севера Англии. Wandii никогда не играл заметной роли в международном компьютерном андеграунде, но он провел немало времени, взламывая компьютеры по всей Европе. Wandii и Pad отлично ладили, но никогда не были друзьями. Они были знакомыми, связанными в подполье через Gandalf’a.

К середине 1991 года Pad, Gandalf и Wandii были изрядно утомлены. По крайней мере, один из них (а может, и не один) побывал в системах Европейского Сообщества в Люксембурге, The Financial Times (владелец индекса FTSE), британских Министерства обороны и Министерства иностранных дел, NASA, инвестиционного банка SG Warburg в Лондоне, в базе данных американского производителя программного обеспечения Oracle и в таком количестве машин в сети JANET, какое невозможно упомнить. Они с легкостью проникли в сеть PSS, принадлежащую British Telecom, похожую на Tymnet в сети Х.25.[34]

Девизом Gandalf’a было: «Если можешь – взломай».

27 июня 1991 года Pad сидел в комфортабельной гостиной родительского дома в Манчестере и смотрел, как последние осколки дневного света тают на закате одного из самых длинных дней в году. Pad любил лето, любил просыпаться в солнечных лучах, пробивавшихся сквозь занавески в его комнате. Он часто думал про себя, что нет ничего лучше этого.

Около 11 часов вечера он включил модем и свой компьютер Atari 520 ST в гостиной. В доме было две машины Atari – показатель серьезного увлечения Pad’a компьютерами, в то время как ни другие дети в семье, ни родители совершенно не интересовались программированием. Хотя большую часть времени Pad даже не прикасался к старому Atari. Его старший брат учился в аспирантуре на факультете химии и писал на нем свою диссертацию.

Прежде чем приступить к дозвону, Pad убедился, что никто не занимает единственную телефонную линию семьи. Она была свободна, и Pad отправился в Lutzifer, чтобы посмотреть, нет ли для него почты. Несколько минут ему пришлось ждать, пока его машина подключится к немецкой доске объявлений, как вдруг он услышал глухой удар, а затем какой-то треск. Pad оторвался от клавиатуры, посмотрел поверх монитора и прислушался. Он подумал, слышали ли этот треск его старший брат наверху и родители у телевизора в семейной гостиной в глубине дома.

Звук стал громче и заставил Pad’a посмотреть в сторону прихожей. В следующую секунду рама входной двери с треском раскололась, выворачивая дверь из петель и замка. Дерево разлетелось в щепки под воздействием чего-то вроде автомобильного домкрата.

Несколько человек ворвались в дом, промчались через прихожую и взлетели по лестнице, покрытой ковром, наверх, в комнату Pad’a.

Все еще сидя за своим компьютером внизу, Pad поспешно выключил свой модем, а затем и компьютер, мгновенно уничтожив соединение и все данные на экране. Он подошел к лестнице и прислушался к тому, что происходит наверху. Если бы он не был потрясен, он бы, наверное, посмеялся. Он понял, что полицейские устремились в его спальню, ведомые своим стереотипным представлением о хакере, полученном, очевидно, из газет. Парень. В своей комнате. Сгорбившись над компьютером. Поздно ночью.

Они нашли в комнате молодого человека и компьютер тоже. Но это был не тот парень и во всех отношениях не тот компьютер. Полиции понадобилось почти десять минут терзать вопросами брата Pad’a, чтобы понять свою ошибку.

Услышав шум, родители Pad’a выскочили в прихожую, в то время как он сам выглядывал из двери гостиной. Полицейский в форме провел всех в комнату и начал задавать Pad’y вопросы:

– Вы пользуетесь компьютерами? Вы используете в компьютерах имя Pad?

Pad понял, что игра окончена. Он правдиво ответил на все вопросы. Он подумал, что, в конце концов, хакинг не такое уж серьезное преступление. Это совсем не то, что украсть деньги или что-то в этом роде. Все это, конечно, неприятно, но он переживет. Ну, дадут ему затрещину да шлепнут по рукам, и вскоре все закончится.

Полицейские отвели Pad’a в его комнату и принялись обыскивать ее, продолжая задавать ему вопросы. Комната была удобной и обжитой. Аккуратно сложенная одежда, несколько пар обуви на полу, подвернутые шторы и несколько музыкальных постеров – Джимми Хендрикс и The Smiths – на стене.

Кучка полицейских топталась вокруг компьютера. Один из них принялся рыться в книгах Pad’a на полках над ПК, вынимая и просматривая каждую. Несколько любимых книжек Спайка Миллигана.[p132] Старые учебники по шахматам, оставшиеся с тех времен, когда Pad был капитаном местной шахматной команды. Учебники по химии, купленные Pad’ом задолго до того, как он начал изучать этот предмет – просто для удовлетворения своего любопытства. Учебники по физике. Справочник по океанографии. Книга по геологии, появившаяся после экскурсии в пещеры, которая пробудила интерес Pad’a к образованию скальных пород. Мать Pad’a работала медсестрой, а его отец, инженер-электронщик, занимался испытаниями гироскопов на самолетах. Родители всегда поощряли интерес их ребенка к наукам.

Полисмен вернул книги на полку, выбрав лишь компьютерные учебники, руководства по программированию и математике, по которым Pad занимался в университете Манчестера. Он бережно сложил их в пластиковые пакеты, чтобы забрать с собой в качестве вещественных доказательств.

Затем полицейские занялись коллекцией музыкальных записей – The Stone Roses, Pixies, New Order, The Smiths и другие независимые группы с процветающей музыкальной сцены Манчестера. Эта коллекция кассет ничего не доказывала, кроме эклектичности музыкального вкуса.

Еще один полисмен открыл платяной шкаф Pad’a и заглянул внутрь.

– Есть здесь что-нибудь интересное? – спросил он.

– Нет, – ответил Pad. – Все там.

Он показал на коробку с компьютерными дискетами.

Pad подумал, что нет никакого смысла полицейским переворачивать всю комнату, ведь они все равно найдут то, что им нужно. Ничего и не было спрятано. В отличие от австралийских хакеров он совсем не ждал полицию. Хотя часть данных на его жестком диске была зашифрована, там оставалось достаточно изобличающих его улик на незашифрованных файлах.

Pad не мог расслышать, о чем говорили его родители с полицейскими в соседней комнате, но они явно были спокойны. Да и почему они должны волноваться? Их сын не сделал ничего дурного. Он никого не избивал в пьяной драке в пабе и никого не грабил. Он никого не задавил, управляя автомобилем в нетрезвом виде. «Нет, – думали они, – это все его делишки с компьютерами». Должно быть, он шлялся там, где не следовало, но это вряд ли серьезное преступление. Им нечего волноваться. Ведь он не сядет из-за этого в тюрьму. Полиция разберется. Наверное, его вызовут в суд и все на этом закончится. Мать Pad’a даже предложила полицейским по чашке чаю.

Один из полисменов прервал допрос Pad’a в его комнате, чтобы выпить свой чай. Кажется, он знал, что Pad живет на пособие, и с абсолютно серьезным лицом спросил у хакера: «Если тебе нужна работа, то почему бы тебе не пойти служить в полицию?»

Pad чуть было не потерял чувство реальности. В его дом ворвалась толпа сотрудников правоохранительных органов – включая представителей отдела по борьбе с компьютерными преступлениями Скотланд-Ярда и British Telecom, – а этот парень спрашивает, почему он не хочет стать легавым?

Pad едва не расхохотался. Даже если бы он не подвергся этому налету, он никогда, ни на секунду не мог подумать о том, чтобы стать полицейским. Никогда, думай он хоть миллион лет. Хотя его семья и друзья внешне производили впечатление благополучного среднего класса, они всегда были оппозиционно настроены по отношению к истеблишменту. Многие знали, что Pad занимается хакингом и какие сайты он взламывает. Их отношение было таким: «О, взламываешь Большого Брата? Удачи тебе»,

Его родители разрывались между желанием поддержать интерес Pad’a к компьютерам и волнением за сына, который проводил слишком много времени, словно приклеенный к монитору. Их смешанные чувства порой отражали мысли самого Pad’a.

Иногда, с головой погрузившись в бесконечные ночные хакерские авантюры, он вдруг выпрямлялся и спрашивал себя: «Что я здесь делаю? Какого черта я трахаюсь с компом круглые сутки? К чему это приведет? Что будет с моей жизнью?» Когда такие мысли посещали его, он прекращал заниматься хакингом на несколько дней или даже недель. Обычно он проводил свободное время в университетском пабе за пинтой пива в преимущественно мужской компании однокурсников.

Высокий, худощавый, с короткими каштановыми волосами и приятным мальчишеским лицом, всегда обходительный, Pad мог бы вызвать неподдельный интерес у многих умных девушек. Но проблема была в том, где найти таких девушек. В университете они попадались нечасто – на его курсе математики и программирования учились в основном парни. Поэтому обычно они с друзьями отправлялись в поход по ночным клубам Манчестера, чтобы пообщаться и послушать хорошую музыку.

Pad спустился вниз с одним из полисменов и стал смотреть, как полиция отключает его модем в 1200 бод и упаковывает его в пластиковый мешок. Pad купил этот модем, когда ему было восемнадцать лет. Полисмены отсоединяли кабели, сворачивали их и складывали в пронумерованные пластиковые пакеты. Они забрали его жесткий диск на 20 Мб и монитор. Снова пронумерованные мешки.

Один из полицейских поманил Pad’a к выходу. Домкрат все еще торчал из искореженной рамы. Полицейские взломали дверь, вместо того чтобы просто постучать. Они надеялись застать хакера онлайн, на месте преступления. Офицер жестом пригласил Pad’a следовать за ним.

– Пойдем, – сказал он, уводя его в ночь. – Мы забираем тебя в участок.